Лето задалось необычное стояли жаркие дни сначала июня, председатель начал косить траву, подгоняя и меня этим. Накосил я много, слава Богу, хотя трава не выросла ещё как обычно, при обильных дождях. Приехала моя ненаглядная чтобы помочь с сенокосом, и я накосил ещё больше, ближе к двадцатому числу пошли дожди и много сена попало под дождь, я ждал как в прошлом году, кто намочит Тот и высушит, но не тут то было, дождь шел стабильно каждый день, я уже перестал думать об этом сене, что мне удаться его собрать, переживал конечно, что труды мои и ненаглядной прошли зазря.
Но вот появилось солнышко, и трава стала подсыхать я обрадовался, решив что удастся собрать хоть какую то часть травы после моих молитв к Господу. И вот выхожу я вечером проверить, как трава можно ли собрать её, около моего гаража сидит пьяный мужик и зовет меня, чтобы я подошел к нему, кричит как он давно меня не видел, мужика я вижу в первый раз. Поговорили мы с ним немного, а он меня не отпускает, давай с ним болтай дальше и время назначает полчаса. Я сказал что мне некогда, надо сено убирать, а то дождик пойдет, мужик не сдается болтай с ним и всё. Ну конечно мужика я оставил, пошел за граблями, это было недолго, мужик типа был никакой, я вернулся мужика уже нет, по быстрому сгреб сено, козы тоже помогали, перевез под крышу, немного удалось погулять с козами и начался сильный дождик. И тут я понял после молитвы Господу Господь дал мне окно времени, чтобы я успел собрать сено, сатана тут же прислал своего беса чтобы отвлечь меня и чтобы Господнюю благодать что дал Он мне пропала впустую.
Содом опять сгорит!!! Поклоняющиеся изделиям попадут на суд Божий.
Прочитано 8687 раз. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
